Территория Церкви

Предисловие

< предыдущая часть
 | 
оглавление
 | 
следующая часть >

С автором этой книги, Александром Щипковым, мы знакомы много лет, на протяжении которых не раз обсуждали как отношения РПЦ МП с государством и обществом, так и непосредственно внутрицерковные проблемы. За моими плечами двадцатилетний стаж законодательной работы в ЗАКС Санкт-Петербурга и в Федеральном собрании России. Мне приходилось решать сложные юридические и практические задачи, связанные со строительством храмов, возвращением имущества религиозного назначения, обустройством приходской и даже богослужебной жизни, в частности вопросы совершения литургии в музейных зданиях, которые признаны памятниками мирового значения и принадлежат государству. Я не понаслышке знаю о реальных проблемах и конфликтах в этой деликатной сфере, о порой жестком столкновении интересов бизнеса и религиозных общин, о чиновниках, которые препятствуют реализации конституционного права граждан на свободу совести. Видел разное. Но сегодня у меня возникает стойкое ощущение, что в последнее время людей православных взглядов усиленно стараются столкнуть с государством и противопоставить общественным интересам. На Церковь, традиционно дистанцирующуюся от политики и занимающую позицию общественного миротворца, на членов общин и приходов оказывается сильнейшее информационное давление. Антицерковная кампания, длящаяся около полутора лет, нынче перешла границы светской этики и здравого смысла. Доходит до прямых оскорблений религиозных чувств православных верующих. Меня тревожат попытки вбить клин между Церковью и обществом, между Церковью и государством.

Церковь является традиционной хранительницей общественной морали. В отсутствие авторитета Церкви и религиозных убеждений общество лишается необходимого морального камертона. Оно начинает терять иммунитет по отношению к деструктивным явлениям: экстремизму, социальной и национальной нетерпимости. Кроме того, общество, в котором перестают действовать негласные моральные договоренности, утрачивает единство. Оно не может быть стабильным и не поддается ни оздоровлению, ни реформированию. В нем нарастает правовой нигилизм. Именно такие последствия может иметь современная информационная атака на Церковь.

В цивилизованной стране это недопустимо, под какими бы лозунгами не проводилась антицерковная кампания. Об этом свидетельствует весь мировой опыт. Например, господствующую во многих странах Европы и в США протестантскую этику не принято связывать с какой-либо конкретной церковью или видеть за ней угрозу средневековой "клерикализации". Распространение христианского мировоззрения в таких странах, как Англия, США, Италия или Польша никогда не служит поводом для подозрений в нарушении светских принципов государства.

В России же уровень восприятия проблемы церковного влияния в обществе крайне неудовлетворителен. Сама проблема вызывает порой не вполне адекватную реакцию в ряде СМИ, проповедующих высокомерное презрение к любым традиционным ценностям. Культурная и социальная роль православной традиции игнорируется, вопрос об универсальных православных ценностях упорно увязывается с узкими церковными интересами.

Но даже во времена советского принудительного атеизма этические принципы христианской общинности не были изжиты в нашей стране. И даже больше. Под лозунги о "перековке" и воспитании "нового человека", эти принципы, хоть и под другими названиями, нередко использовались для целей общественного строительства. Из традиции был взят тот минимум, без которого моральные скрепы, соединяющие общество, неизбежно распадаются вопреки любому политическому контролю.

Волею истории наша страна несколько раз шла по пути отрицания собственной идентичности – сперва "византийской", потом имперской-европейской, наконец, советской. Но это путь в никуда. Единственный элемент российской идентичности, который пережил исторические катаклизмы и остается в силе – элемент православный. И он не сводится только к жизни приходов. В произведениях Пушкина, Гоголя, Достоевского, Тютчева, Булгакова, Бунина, в музыке Бородина, Римского-Корсакова, Рахманинова культурные и моральные основы православия представлены не в меньшей степени.

Подлинную этику невозможно выдумать. Любая светская этика всегда является производной от этики религиозной и основана на традициях того народа, который в соответствии с ней живет. Неудивительно, что именно на основе православия можно выстраивать историческую преемственность России как государства. Но работающая традиционная этика требует прежде всего терпимости и согласия. Поэтому граждане России православных убеждений, как и представители любых других традиционных конфессий должны быть надежно защищены от нетерпимости по отношению к ним. Если же речь идет о свободной дискуссии, то Церковь должна иметь все возможности для защиты своей позиции и пользоваться таким же свободным доступом к общественной трибуне, как и ее оппоненты.

Как эксперт Александр Щипков обладает точным взглядом на происходящие события и честной гражданской позицией. Как публицист он бывает порой горяч. Но это то самое горение, которое лучше теплохладного безразличия. Не всегда и не во всех деталях я могу с ним согласиться, но его принципиальная позиция мне близка и вызывает уважение. Эта книга, безусловно, поможет остановить опасный в своем озлоблении поток ненависти, направленный сегодня на российское православие.

Статус Церкви, авторитет православия, а также всех традиционных религий, очень важно сохранить. Православные верующие, наряду с другими здоровыми силами, могут стать теми, кто готов наладить в обществе подлинный консенсус, несмотря на все внешние вызовы. Это был бы консенсус большинства, основанный на традиционных моральных и культурных ценностях российского народа, на уважении к его истории и менталитету. Консенсус, который позволил бы успешно решать в будущем масштабные социальные задачи.

Сергей Миронов

< предыдущая часть
 | 
оглавление
 | 
следующая часть >