Религиозное измерение журналистики

Нравственный кризис информационного пространства России

Александр Щипков

< предыдущая часть
 | 
оглавление
 | 
следующая часть >

Данный материал сейчас интересен уже как историческое явление, как отражение определённого этапа в истории российского информационного общества. С момента написания статьи прошло несколько лет, за это время в информационном пространстве России произошли определённые изменения. Изменился фон государственной информационной политики, и перемены эти не завершены до конца – они встречают отражение и в процессах на отечественном медиарынке, происходящих буквально на глазах. Так называемой чернухи и аморалки на телеэкране стало заметно меньше; общественный запрос на традиционные семейные ценности удовлетворяется сериальной "клюквой" нового образца, незамысловатой пропагандой идей и образов крепкой семьи, деторождения, супружеской верности etc. Не высокий авторский стиль, конечно, но – однозначная альтернатива тому, что было.

За эти пять лет и Церковь стала более активным участником медийного поля – церковная информационная политика как раз начала формироваться как самостоятельное направление всё в том же 2009 году. Православного присутствия в информационном контексте стало немного больше...

Е.Ж.

Нравственный кризис

информационного пространства России

Всё, о чём я пишу в этой статье, пережито мной глубоко и сильно. Текст датирован 2009 годом, когда я добавил в него результаты исследования социологического центра ЦИРКОН, который возглавляет Игорь Задорин, один из умнейших и интереснейших современных социологов. Но написан он был в 2007 году. Я не раз выступал публично с этим текстом. В 2008 году на конференции "Деловой России" зал стоя устроил овацию. Это было приятно. Но ничего не менялось. Сергей Миронов поручил мне заниматься популяризацией идеи Общественного совета по телевидению, который бы не имел запретительных полномочий, но имел бы право выносить нравственную оценку прошедшим программам. Вся журналистская элита восстала против этой идеи: Познер, Сванидзе, Дондурей, Зелинская, Гусев, Шевченко и сотни других...

Этого Совета нет в России и сегодня, хотя его аналоги существуют в США и во всех европейских странах.

***

Р

оссия страна не просто большая. Россия страна огромная. Держа в руках политическую карту страны, ты наполняешься гордостью. А есть ещё карта полезных ископаемых. Климатическая. Экономическая. Начали появляться конфессиональные карты. Нет только самой важной карты – карты нравственного состояния России. По этой карте народы, окружающие нас, могли бы судить о наших привычках, традициях, нравственных и духовных принципах, системе воспитания и образования, культурных ценностях и идеологических приоритетах.

Как составить эту карту? – спросите вы. Так она уже составлена, – отвечу я. Эта карта, этот путеводитель по загадочной русской душе – наши российские средства массовой информации и в первую очередь – российское телевидение.

Хозяйственные последствия ультралиберальных реформ, которые в 90-х годах прошлись по стране, мы можем наблюдать сегодня. Они накрыли народ холодной волной, опустошив карманы. Последствия культурных и информационных реформ идут с некоторым опозданием, и именно сейчас они накрывают нас второй волной, опустошая душу тех, кто родился после 1991 года.

В современной России сложилась опасная ситуация: в целом по стране культурно-нравственный уровень родителей превышает потенциально возможный культурно-нравственный уровень их детей. И телевидение здесь – первый обвиняемый.

Сегодня российское телевидение занимает позиции, враждебные нравственным ценностям народов, населяющих Россию. Это – не фигура речи, это правда, которую нужно осознать для принятия мер по защите Отечества от телемагнатов, растлевающих детей и взрослых.

Общедоступное ТВ, и в этом его опасность, входит в дом бесцеремонно, буквально выплёскивая на ребёнка неконтролируемые потоки крови, насилия, грязи, мата. Родители, занятые попыткой выжить в условиях "конкурентной экономики", зачастую не в состоянии защитить от него своих детей.

В этом смысле никаких надежд на естественное выравнивание нравственной ситуации на информационном поле нет. По крайней мере, в обозримой перспективе. Новое поколение, лишённое базовой культуры, будет, наоборот, естественным образом требовать ещё более пошлых и кровавых передач. И ТВ в погоне за рейтингом, рекламой, доходом пойдёт у него на поводу. Спираль будет постоянно закручиваться – мы уже наблюдаем этот процесс. Россия одновременно с развитием информационных технологий вступает в эпоху информационного варварства.

Итак, что собой представляет современное российское ТВ? На каких основаниях базируется?

Двадцать лет назад телевидение высмеяло преподавателя ленинградского Технологического института за то, что она отказалась поступаться принципами. Над ней публично потешались и издевались десять лет, вдалбливая россиянам новую мораль, согласно которой поступаться принципами не только можно, но и нужно. Вот первое основание, на котором стоит наше телевидение, – идеологический цинизм: убеждений не существует, принципов не существует.

Наше телевидение – грубое и бесстыдное, в нём нет места стыдливости и целомудрию. Вообще слово "целомудрие" уничтожено, выведено из речи. Реакция на него – нездоровый хохоток, будто вслух произнесено нечто крайне неприличное. Все мы не раз обращали внимание на то, как в телешоу при очередной скабрёзной шутке камера скользит по лицам в зале. Губы выдавливают усиленные смешки, а глаза разбегаются в смущении, потому что зрителям неловко! Где же источник этой неловкости? А источник – в природном целомудрии, остатки которого пытается вытравить из народа российское ТВ.

Ради рейтинга, то есть ради денег рекламодателя, телевизионщики готовы не только глумиться над наготой отца, но раздеть мать и научить детей смеяться над наготой матери.

"Будьте бесстыдными!" – призывает нас российское телевидение. И если идеологический цинизм – первое его основание, то жажда бесстыдства – основание второе.

Телевидение – это не абстрактный монстр, а конкретные дяди и тёти, которые зарабатывают деньги на пропаганде порока. Загляните в Останкино – в воздухе висит сплошной мат и табачный дым. Я два года служил в самых неблагополучных частях Туркестанского военного округа, 15 лет проработал рабочим на ленинградских заводах, но такого изощрённого мата, как в Останкино, не слышал. Телевизионные девочки с брильянтиками на нежных пальцах матерятся грубее прапорщика из Термеза. Этот мат – не просто стиль современного телевидения, это его суть, его душа. И если говорить абсолютно откровенно и прямо, то эти прокуренные дяди и матерящиеся тёти хотят внушить нашим детям, что между добром и злом нет разницы, что добра и зла не существует.

Отказ от добра и зла есть третье основание российского телевидения.

Понятия Добра и Зла являются фундаментальными в регулировании отношений между народами, государствами, классами, между народом и властью, между детьми и родителями. Группа лиц, которая сегодня манипулирует общественной моралью с помощью телеэкрана, считает, что всё регулируется деньгами. То есть, если использовать евангельскую терминологию, – мамоной и золотым тельцом. Все мы не раз слышали омерзительную фразу – "Ничего личного, старик, – бизнес!". Эта фраза утверждает превосходство денег над совестью. В этой фразе заключена вся идеология шпаны, которая захватила башню инженера Шухова.

Итак – отсутствие принципов, жажда бесстыдства и отказ от добра и зла.

Согласитесь, что при таком подходе говорить о совместимости российского информационного пространства и христианства не приходится.

В течение последних двадцати лет мы наблюдаем деградацию нравственной составляющей информационного поля. Возможностей роста не наблюдается даже в перспективе, а вот пределы падения каждый год открываются всё новые.

Но есть люди, которые общедоступное ТВ не смотрят. Они смотрят зарубежные спутниковые каналы, в том числе образовательные. Часто на языке оригинала. Читают иностранные газеты и журналы. Им и их детям деградация не грозит. Они называют себя элитой, "субъектом истории". На большую же часть страны, на "объект истории" общедоступное ТВ обрушивается всей своей мощью. Жёсткое классовое общество прошлого сохраняло себя посредством ограниченного доступа большинства к культуре, образованию, науке. Современное ТВ фактически выполнят ту же функцию. То есть теоретически условный "обычный человек" может оторваться от "ящика" и пойти, скажем, в театр или музей. Таким образом, он расширит свой культурный горизонт, а значит, и перспективы социализации. Но таких будут единицы. Остальных ТВ и "жёлтая пресса" отзомбируют. Если ежедневно внушать человеку не ценности просвещения, а скотские инстинкты, то он начнёт их принимать. Перспективы социализации такого человека минимальны. Зато он послушен, лоялен и смотрит телевизор. Правда, лишь до времени. Покуда народ сам не становится субъектом истории и самозваная элита не бежит в Париж от "русского бунта".

***

Т

еперь давайте задумаемся над тем, как одним словом охарактеризовать то, что нам показывает российское телевидение, что нам показывают люди без убеждений, без стыда, без базовых понятий о добре и зле, люди с повреждённым сознанием и повреждённой совестью. Что они хотят показывать на экране? Только патологию.

Наше телевидение – это бесконечный рассказ об отклонении от нормы, о всевозможных разновидностях патологии. ТВ рекламируют патологию во всём – в деловых отношениях, в семейных отношениях, в дружбе, в сексе, в искусстве, в религии.

Недоученные студенты, выпускники КВНа заменили юмор примитивным хамством, вместо врачей программы о здоровье ведут шарлатаны, вместо священников на экране появляются колдуны, а гомосексуалисты учат любви. Триумф патологии!

Нас пытаются убедить в том, что нормы нет. Что есть только патология. Что сама Россия – это патология. Что ТВ – это зеркало страны. Полюбуйтесь на себя, говорят нам с экрана, вы – уроды! Честно говоря, любоваться и слушать эту ложь надоело.

В действительности же телевидение в России – это рупор власти. Так было до 1991 года, так остаётся и сейчас. Телевидение – это зеркало власти, а не общества. И народ судит о самой власти именно через телевидение. Неужели такая простая вещь непонятна Кремлю?

Законопроект Сергея Миронова о создании Общественного совета Российской Федерации на телевидении в 2007 году поддержали лидеры всех самых многочисленных конфессий – Патриарх Алексий, Муфтий Равиль Гайнутдин, главный раввин России Берл Лазар, глава российских католиков архиепископ Павел Пецци, глава лютеранской церкви епископ Арре Кугаппи. Поддержали, потому что Совет нужен как воздух. Однако в правительстве на этот законопроект дали отрицательное заключение и заблокировали его.

Лучшим доказательством того, что нынешнее телевидение срочно нуждается в оздоровлении, а российское общество, несмотря на все старания "зомбоящика", всё же не превратилось в сборище дебилов, стал опрос общественного мнения, проведённый в 2009 году Исследовательской группой ЦИРКОН под руководством известного российского социолога Игоря Задорина. Результаты этой работы без преувеличения можно назвать сенсационными, потому что они перечёркивают все утверждения телевизионного руководства о рейтингах телепередач и предпочтениях зрителей. Выяснилось, что интересы общества имеют мало общего с интересами телевизионной корпорации.

Социологи отмечают, что телеактивность наших граждан является очень высокой – примерно 80% россиян смотрят телевизор ежедневно. Самыми популярными являются новостные и информационные передачи – их предпочитают три четверти (72%) опрошенных. Каждому второму (51%) интересны кинофильмы, 28% смотрят познавательные и документальные программы, 25% – развлекательные. Только 20% являются поклонниками заполонивших весь эфир телесериалов, 19% – спортивных передач, наименьшая популярность у телеигр – всего 4%. Обращает на себя внимание тот факт, что среди молодежи от 18 до 24 лет целых 53% интересуются новостями и только 39% – развлекательными передачами.

Вопреки распространённому мнению о том, что зрители ждут от ТВ развлечения, более половины респондентов (56%) на первое место поставили новостное вещание. Их интересует информация о происходящих событиях, о действиях власти. На втором месте оказалась "воспитательная" функция телевидения, на третьем – познавательная, а функция развлечения – на последнем, четвёртом месте.

Отношение большинства россиян к передачам и фильмам, содержащим сцены насилия и эротики, скорее отрицательное: 65% и 55% соответственно заявили, что стараются такие программы не смотреть. Почти половина жителей России ощущает страх после просмотра телепередач. 65% россиян испытывают чувство стыда и неловкости после просмотра тех программ, которые идут на федеральных телеканалах.

Подавляющее большинство (71%) считает, что аморальные и опасные для психики передачи надо удалить с общедоступных каналов, при этом 39% сказали, что их нужно вообще запретить и это задача государства, 35% выступили за перевод таких передач на платные каналы. Вообще 70% аудитории российских центральных телеканалов считает необходимым и оправданным вовлечение государства в контроль над телевидением. Однако подчёркивается, что речь идет не о политическом, а о "культурном" (нравственно-этическом) регулировании. Лишь каждый пятый (21%) выступает против государственного вмешательства, называя это нарушением свобод.

Больше половины россиян считают, что управление телевещанием не должно быть прерогативой исключительно профессионалов. Они уверены, что рекомендательным правом на показ тех или иных программ должны обладать общественные советы или полномочные представители телезрителей. За профессиональное управление телевещанием высказалось 36%, за общественное управление – 52%. И, наконец, две трети (69%) опрошенных выразили позитивное отношение к проекту закона о создании Общественного совета на телевидении. Против создания такого совета выступили лишь 20% респондентов. Социологи отмечают, что даже среди молодежи позитивное отношение к проекту закона оказалось превалирующим: 65% против 23%. Таково истинное положение дел с отношением зрителей к контенту российского телевидения. Стоит ли говорить о том, что результаты этого исследования упорно замалчиваются. Желающие могут ознакомиться с ними на сайте Исследовательской группы ЦИРКОН.

Преодолеть наблюдаемый нравственный кризис информационного пространства "естественным" коммерческим образом в условиях тотального падения культурного уровня невозможно. Более того, это чревато усугублением кризиса. Этот кризис может породить опасные социальные последствия: расслоение общества и последующие конфликты, поскольку единственной точкой консенсуса для разнонациональной и разнорелигиозной страны является только комплекс базовых нравственных норм. Выход состоит в форсированном учреждении общественных институтов в сфере СМИ. Прежде всего, на ТВ.

Россия – это наша страна, и наводить в ней порядок – наша обязанность. Общедоступное эфирное телевидение – это общественный институт. А общественный институт, как известно, функционирует нормально при одном условии: если существует социальный контроль. Это – аксиома.

Думаю, российскому обществу пора, наконец, сформулировать свои претензии к содержанию российского телевидения и заставить его служить народу.

Москва

2007-2009